Дмитрий Быков

Дмитрий Быков

писатель, публицист

10.09.2017

Скорая педагогическая помощь

Случай в Ивантеевке показывает, что нам нужны педагоги-экстремалы, готовые действовать быстро и умно. Надо организовать при министерстве образования отряды быстрого педагогического реагирования

Рассуждать после случившегося в Ивантеевке на общепедагогические темы смешно. Я знаю, что в Москве ежегодно открываются новые частные школы и лицеи, а в провинциальной школе учительские зарплаты остаются на уровне 20–30 тысяч, и это в лучшем случае. О российском образовании нельзя судить по лучшим образцам – от них до этого самого среднего уровня космическое расстояние. Устаревшее преподавание. Отсутствие школьных психологов. Слегка подновленная (а в целом испорченная сокращениями) школьная программа. Удручающее положение российских вузов в мировых рейтингах. Все это общеизвестно, и ради этого скорбного кудахтанья не стоит заводить разговор. У меня есть вполне конкретное предложение, которое, уверен, способно изменить ситуацию.

При Министерстве образования должен существовать департамент – если хотите, институт – скорой педагогической помощи, который в случае необходимости сможет выслать экстренный десант в неблагополучную школу.

Неблагополучие в Ивантеевке началось не вчера. Открывший стрельбу и ударивший учительницу топориком школьник был давно уже неадекватен, и его травили. Школьная травля – явление чрезвычайно распространенное, и бороться с ним до сих пор толком не научились – ни в Штатах, ни в Европе, ни у нас. В каждом случае нужен индивидуальный подход, общих рецептов не существует.

Школьная травля, бойкоты, избиения втемную – явления, увы, очень частые в детском коллективе; назвать их естественными нельзя, ибо в нормальном классе детям есть что делать, а на травлю и конфликты они отвлекаются от скуки и озлобленности, которая как раз от скуки и возникает. Но если детям неинтересно учиться, они начинают выяснять отношения – и тогда доходят до таких изобретательных мучительств, которые не снились никакому Гоголю и Достоевскому. В закрытом, насильственно собранном коллективе, где над всем тяготеет ощущение несвободы, травля неизбежна, и поскольку школа в девяноста случаях из ста остается довольно безрадостным местом, дети в ней тратят максимум интеллекта и остроумия именно на взаимное унижение. Или издевательство над учителем, если учитель позволяет вытеснить себя в эту нишу. Сегодня такое случается сплошь и рядом. Еще немного, и они полезут на учителей с кулаками: случалось, и не раз. Десакрализация профессии – страшное дело: раньше и ударить врача считалось неприличным, его место свято, но посмотрите, сколько сегодня нападений на фельдшеров «Скорой помощи». Учитель ничем, кроме статуса, не защищен – а каков сегодня его статус? Лох? Лузер? Аутсайдер?

На такие случаи и должен реагировать десант профессиональных педагогов и психологов, готовый скрытно – под видом эксперта или нового учителя – вылететь по любому вызову, в любую школу, где учитель пожаловался на серьезное неблагополучие. Разумеется, в легких случаях достаточно телефонной консультации. Но если учитель замечает, что некто в классе склоняется к суициду, резко замыкается, вовлекает других в сообщество вроде «Синих китов»; или кто-то внезапно становится объектом изощренного коллективного мучительства; или в классе появляется антилидер, превращающий детей в озлобленную, враждебную к учителям стаю, – тут надо действовать немедленно. Ведь и ситуация в Ивантеевке назревала в последние полгода, и грамотный учитель не мог не заметить перемен в характере старшеклассника. Работа в этом педагогическом десанте обещает быть не менее увлекательной и важной, чем в МЧС. Но если наши педагогические Чип и Дейл не поспешат на помощь, в школах так и будет твориться ад. Факультет экстремальной педагогики необходим в главных вузах страны, преподавать там должны серьезные психиатры и опытные учителя. Кстати, я почему-то думаю, что работать в таком отряде захотят многие. Вот вам и мотивация, о недостатке которой так много говорят сегодняшние выпускники педвузов.

Я не думаю, что имеет смысл бороться с инцидентами вроде ивантеевского путем тотального просмотра детских страниц в социальных сетях. Это посягательство на право детей вести личные дневники, это ограничение их свободы, которое никак не приведет к росту ответственности. У нас две формы реагирования – контроль и запрет. Но обе они неэффективны и учат только одному – что сила солому ломит. А это не лучший урок, который может получить школьник.

Нам нужны педагоги-экстремалы, готовые действовать быстро и умно. Нам надо организовать отряды быстрого педагогического реагирования. А где взять средства? Да где угодно. Берутся же они откуда-то на производство зомбирующих телепрограмм.