29.06.2017 | Глеб Иванов

Деньги на сцене

«Профиль» проанализировал, на что существуют современные российские театры

Фото: Shutterstock

Набирающее обороты уголовное дело о растрате бюджетных средств в «Седьмой студии» Кирилла Серебренникова привлекло внимание общественности к экономической составляющей деятельности театров. «Профиль» решил разобраться, как живут российские театры.

Людям не хватает театра

По мнению самих театральных деятелей, бушующий на российских просторах уже третий год экономический торнадо на жизни российских театров практически никак не отразился. «Влияние кризиса и санкций мы не заметили», – заявила «Профилю» Елена Гремина, директор «Театр.doc». В схожих выражениях о влиянии кризиса рассуждали собеседники журнала в московских «Театре на Юго-Западе» и «Новой опере». В пермском театре «У моста» отметили рост коммунальных платежей, но «в целом экономический кризис не очень отразился на художественной деятельности». А московский частный Театр труда и вовсе открылся в этом году, несмотря на кризис.

Оптимизм театральных деятелей можно понять. Российский зритель по-прежнему исправно ходит на спектакли. По данным Министерства культуры, с 2012 по 2016 год количество зрителей выросло на 14% и достигло 38,2 млн человек (по сравнению с 33,4 млн в 2012 году). На 14% за тот же период выросло количество спектаклей (со 150 тыс. до 171 тыс.). Многие опрошенные «Профилем» представители театров заявляли, что билеты раскупаются за месяц до спектаклей. Растет и общее количество театров. За последние четверть века число государственных и муниципальных театров выросло в 1,7 раза – до 651. За тот же период в стране появилось 550 негосударственных театров.

Такой ажиотаж отчасти связан с тем, что театров в стране не хватает, уверен режиссер Александр Гнездилов, художественный руководитель творческого объединения «Гнездо». «Если у нас в стране на 1 млн жителей приходится 3,2 театра, то в Великобритании, где государственной поддержки театров нет, этот показатель равен 8,9, во Франции – 9,6, в Швеции – 13,6, а в Австрии и вовсе 24», – рассуждает Гнездилов. По мнению режиссера, спрос жителей страны на театр полностью может удовлетворить только Москва, где находится 17% от общего числа театров в стране.

Высокая посещаемость российских театров конвертируется в доходы с продажи билетов. Они за последние четыре года не сильно подорожали и остаются на уровне 1000 рублей, по данным компании «Экспресс-Обзор». При этом с 2004 по 2012 год средняя цена на билеты поднялась на 38%. «Залы полные, билеты раскупают за месяц», – говорит Сергей Федотов, художественный руководитель пермского театра «У моста». По его словам, театр зарабатывает на билетах порядка €600 тыс. в год, при том что в театре всего 320 мест. В среднем же в российских театрах залы на 600–700 мест.

Для частных театров основной источник денег – это билеты. «Продажа билетов составляет 60% наших доходов – гораздо больше, чем выделяемое нам бюджетное финансирование», – рассказывает Федотов. У открывшегося в феврале 2017 года в Москве частного Театра труда продажа билетов – это 80% выручки. Билеты приносят основную часть доходов и крупным частным театрам вроде «Театр.doc», и небольшим проектам вроде «Гнезда» Александра Гнездилова. А вот государственным учреждениям кассовая выручка приносит всего 25–30% прибыли. Их основной источник – средства, выделяемые государством.

Убыток во благо

Несмотря на высокую посещаемость отечественных театров, они остаются убыточными. «Убыточность театров – это норма не только для России, но и для всей театральной Европы и большинства театров Нового Света», – говорит драматург Илья Кухаренко, театральный продюсер, член экспертного совета конкурса «Полюс. Золотой сезон». По его словам, единственные проекты, которые приносят деньги, – это антрепризные и бродвейские театры, которые выпускают чисто коммерческий продукт. В России таких театров практически нет. «Как это ни парадоксально, чем более статусный театр, чем лучше он заполняется и чем дороже стоят туда билеты, тем более убыточно его содержать, потому что такие учреждения, как правило, чтобы поддерживать свой статус, делают дорогостоящие постановки», – говорит Кухаренко.

В России проблема финансирования театра осложнена традицией. «Когда мы говорим о драматическом театре в России, то в 95% случаев мы имеем в виду такую форму, как репертуарный театр, – поясняет Александр Гнездилов. – Это наше национальное театральное достояние, которое во всех государственных программах рекомендуется всячески сохранять». Репертуарный театр – это учреждение со своим залом, с труппой актеров, которые в нем постоянно играют, с обслуживающим персоналом – костюмерами, реквизиторами, бутафорами, мебельщиками, монтировщиками декораций. У такого театра есть свой ежемесячно исполняемый репертуар. «На Западе, например в США, система другая, – рассказывает Гнездилов. – На Бродвее один спектакль месяц играется пять-шесть раз в неделю и, кроме него, в театре ничего другого не идет. В репертуарном театре в месяц идет 10–15 разных спектаклей, каждый из которых, чередуя, показывают 2–3 раза в месяц».

Огромные расходы таких театров связаны с тем, что в стоимость спектакля входят не только постановочные расходы и зарплаты артистов, но и колоссальные деньги на содержание театрального здания, различных служб, персонала, на поддержание в рабочем состоянии всей театральной машинерии и т. д.

Больше всего современные российские театры тратят на аренду помещения и коммунальные платежи. «Основная статья расходов у нас – это аренда помещения. Мы снимаем его по рыночной цене, без льгот и скидок на то, что это учреждение культуры», – рассказывает «Профилю» директор «Театр.doc» Елена Гремина.

Фото: «Коммерсантъ»/Vostock Photo
«Театр.doc» ставит пьесы современных драматургов на злободневные темы, что позволяет значительно снизить расходы на костюмы и декорацииФото: «Коммерсантъ»/Vostock Photo

«Театр.doc», как и многие другие московские театры, арендует помещение внутри Садового кольца, где цены на аренду значительно выше других районов. Сэкономить здесь театр не может, поскольку у него есть определенные требования к расположению. «Это должен быть центр города с хорошо развитой инфраструктурой – кафе, парки, достопримечательности, т. е. все то, что привлекает туристов и горожан. Таким образом, окружение будет генерировать постоянный поток потенциальных гостей. Лучше, если рядом не будет жилых помещений, – работа театра не всегда способствует спокойному отдыху жителей», – рассказывает Ульяна Пронина, генеральный директор Театра труда. «В центр театр толкают исключительно экономические причины – далеко не все зрители будут успевать на вечерние спектакли с работы, если театр расположен на окраине», – поясняет Александр Гнездилов.

Даже если помещение находится в собственности у театра, ему приходится оплачивать большие счета за «коммуналку». «На коммунальные услуги в год мы тратим более 4 миллионов рублей», – говорит худрук пермского театра «У моста» Сергей Федотов. Коммунальные расходы растут от театра к театру пропорционально размерам помещения.

Среди других важных театральных расходов – аренда оборудования (или покупка, но зачастую это слишком дорого), декорации и реквизит, гонорары актерам, зарплата административного блока и реклама.

Для строительства декораций и пошива костюмов во многих театрах есть собственные костюмерные и мастерские. Другие вынуждены покупать костюмы. «Проще тем театрам, которые укладываются в современный формат, – у них нет необходимости закупать или шить что-то экстраординарное, – говорит Ульяна Пронина. – Например, мы максимально вовлекаем в постановки современных нетеатральных дизайнеров и модельеров. В наших спектаклях используется одежда от Кирилла Гасилина, Александра Петлюры и других. Что-то приобретается в обычных магазинах». Маленькие частные театры, вроде пермского «У моста», если им необходимы эксклюзивные костюмы, могут обратиться за помощью к зрителям.

Цены на постановку одного спектакля очень сильно разнятся от театра к театру. Небольшие частные театры укладываются в сумму до 100 тысяч рублей, включая гонорары актерам. Крупные государственные с учетом масштабной рекламы, дорогих декораций и костюмов могут потратить суммы до €4 млн. Естественно, потянуть такие проекты могут только ведущие российские театры. Средства на постановку спектаклей они получают от Министерства культуры, отчитываясь о расходах по итогам спектакля.

Именно на крупных постановках и становятся возможными различные финансовые злоупотребления. «Могут, к примеру, закупить технические детали для декораций по ценам в несколько раз выше рыночных», – рассказали «Профилю» на условиях анонимности в одном из федеральных театров. В декабре 2016 года за подобные махинации с поста худрука театра «Модерн» была уволена Светлана Врагова, которую обвинили в нарушениях при ведении бухгалтерского учета, завышении стоимости приобретаемого оборудования и т. д. По обвинениям в подобных нарушениях 21 июня был арестован и бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский.

Отдельная строка расходов – гонорары артистам. Если в большинстве частных театров актеров приглашают на конкретные проекты, то в государственных и муниципальных театрах наиболее распространенная система договоров – бессрочная. Однако и здесь грядут перемены. В Москве муниципальные театры уже начали переводить актеров на срочные договоры, либо на сезон, либо на один проект. К новой практике присматриваются в Министерстве культуры. Правительство даже подготовило законопроект, который предусматривает переход на контрактную систему в государственных театральных учреждениях, однако он с 2013 года находится на рассмотрении в Госдуме.

В большинстве театров к изменениям относятся с осторожностью, предпочитая изучить опыт коллег, уже перешедших на контрактную систему. Среди пионеров есть и крупные федеральные театры вроде МХТ.

«Перевод труппы на срочные контракты – это примета времени, практика, которая уже давно принята на Западе. Безусловно, это коммерчески более выгодно: есть возможность набрать команду спектакля под конкретную постановку, под такие проекты легче найти спонсора, поскольку можно заранее запланировать бюджет. Кроме того, это дает определенную творческую свободу – режиссер может пригласить тех артистов, кого он видит в конкретных ролях, а не работать с теми, кто есть в постоянной труппе (и кого так или иначе надо обеспечивать работой, чтобы оправдать финансовые затраты)», – считает генеральный директор Театра труда Ульяна Пронина.

Финансирование не для всех

Покрывать финансовый дисбаланс театрам в России помогает государство. Однако делает это в разной степени. «Рост финансирования театров в стране действительно происходит, но если мы изымаем из общей цифры помощи крупнейшие государственные театры, то этот рост либо окажется минимальным, либо вообще будет снижение», – говорит Александр Гнездилов.

В нынешней российской театральной системе все театры можно разделить на две большие группы – государственные и частные. Государственные, в свою очередь, делятся еще на две группы – федеральные, которые получают деньги из федерального бюджета, и муниципальные, получающие дотации из бюджета регионального.

Средства, которые выделяются на содержание федеральных театров, выглядят впечатляюще. 21 театр, находящийся в ведении Министерства культуры, в среднем получает от 88 млн до 500 млн рублей в год. Самые большие и важные с точки зрения правительства театры – Большой и Мариинский – получают по 4 млрд рублей в год. А всего в 2015 году федеральным театрам выделили 15 млрд рублей бюджета.

В Министерстве культуры «Профилю» рассказали, что в 2017 году финансирование федеральных театров складывается из двух частей. Во‑первых, министерство как учредитель выплачивает зарплаты сотрудникам театра и артистам, оплачивает коммунальные платежи и другие подобные расходы. Во‑вторых, в 2016 году министерство начало стимулировать театры премиальными выплатами за пришедших зрителей. Выплаты дотаций зависят не только от наполняемости залов, но и от финансовых итогов работы театра. При этом в Минкульте учитывают и разные размеры расходов на подготовку оперных, балетных и драматических спектаклей.

Фото: Дамир Юсупов/Большой театр
Затраты на постановку одного спектакля в крупном федеральном театре (на фото – «Борис Годунов» в Большом театре) с учетом масштабной рекламы, гонораров исполнителям, дорогих декораций и костюмов могут составить до €4 млнФото: Дамир Юсупов/Большой театр

Художественные руководители федеральных театров за выполнение государственных заданий министерства (например, за достижение целевых показателей по посещаемости) также получают премии. Они могут достигать 15 млн рублей – это годовой бюджет некоторых региональных театров.

Отдельная строка доходов федеральных театров – это президентские гранты в области культуры и искусства. В 2016 году 83 творческих объединения получили гранты на общую сумму 5,6 млрд рублей. В списке были Большой и Малый театры, Мариинский, Михайловский и Александринский театры, Театр имени Вахтангова и другие. Нефедеральные театры попадают в этот список крайне редко. Например, в этом году повезло Пермскому театру оперы и балета им. Чайковского, который впервые стал обладателем президентского гранта.

Муниципальные театры к этому потоку денег практически не имеют отношения. Хотя Министерство культуры оказывает им поддержку, она не идет ни в какое сравнение с финансированием федеральных театров. Так, в этом году Минкульт предоставил 670 млн рублей субсидий на поддержку 149 муниципальных театров в городах численностью населения до 300 тыс. человек – это сравнимо с годовой поддержкой одного федерального театра.

Финансирование муниципальных театров тоже нельзя сравнивать с федеральными. Даже Москва, самый богатый регион, в 2015 году выделила 9,4 млрд рублей на свои 88 театров (сравните с федеральным показателем 15 млрд рублей на 21 театр). В более бедных регионах ситуация не столь радужная и осложняется тем, что местные департаменты культуры сами решают, какие театры и в каком размере поддерживать. Критерии оценки далеко не всегда ясны, поэтому годовые дотации отдельным театрам могут находиться на уровне 200 тысяч рублей, чего явно недостаточно для покрытия всех расходов. «В результате многие муниципальные театры вынуждены бороться за государственные гранты. Они заинтересованы в выполнении государственных заданий, поскольку от этого зависит их выживание», – отмечает Александр Гнездилов.

Театр на энтузиазме

Частные театры в России тоже имеют доступ к государственной поддержке. Другое дело, что далеко не все из них считают, что государственная помощь им нужна. «Главное, чтобы государство нам не мешало»,  – заявила «Профилю» Елена Гремина, директор одного из наиболее крупных и известных частных российских театров «Театр.doc».

Однако такую позицию разделяют далеко не все. По мнению худрука творческого объединения «Гнездо», частный театр в России живет на одном энтузиазме. «Будни маленьких частных театров – это вечный поиск, причем далеко не всегда творческий. Планируя спектакль, мы должны найти площадку, средства, обслуживающий персонал. Поставив спектакль один раз, мы не знаем, будет ли он дальше играться», – рассказывает Гнездилов. По его мнению, для выживания частного театра необходима серьезная государственная работа, в том числе на уровне законодательства.

Большинству в первую очередь нужна помощь для содержания площадок. Только в Петербурге на оплату аренды в 2015 году 43 частных театра получили из бюджета помощь в размере 35 млн рублей. Помогают выплачивать аренду или просто предоставляют муниципальное помещение под театр и в других регионах России. «Но кроме этого, никаких льгот, которые действительно помогают, у частных театров нет», – говорит Сергей Федотов.

Правда, государство выделяет некоторое количество грантов для поддержки частных театральных проектов по развитию региональных театральных программ, для участия в международных мероприятиях и на разработку отдельных новых постановок. Однако финансировать свою деятельность только за счет грантов невозможно, считает Ульяна Пронина.

В нынешней системе в России практически нет крупных репертуарных частных театров. До недавнего времени примером такого театра была «Студия театрального искусства» Сергея Женовача, которая существовала на средства президента группы компаний ПИК Сергея Гордеева. Однако в конце 2016 года «Студия» Женовача стала федеральной, а меценат передал в собственность государства здание театра. «В России уже третье десятилетие обсуждается закон о меценатстве, который проверен во многих экономиках мира как рабочий инструмент», – говорит театральный продюсер Илья Кухаренко. Этот закон предусматривает государственные льготы меценатам, которые хотят поддерживать крупные частные театры, например, налоговые вычеты. Есть готовые решения и для небольших частных театральных объединений, которым нужны помещения для спектаклей. «Для них можно создать многофункциональные открытые площадки – помещения, которые могут использоваться для кинопоказов, для выставочных проектов, для концертов и в том числе для спектаклей, – считает театральный режиссер Александр Гнездилов. – Государство спонсирует аренду помещения, электричество, может быть, людей, которые отвечают за звук или свет, а творческий коллектив работает на свои деньги. Доходы от билетов могут распределяться в том или ином соотношении между площадкой и труппой». По мнению эксперта, такая система подошла бы для развития малых творческих проектов в России.

Однако государство пока выбрало иной вариант. Оно пытается научить театры зарабатывать самостоятельно. Система «побилетного» финансирования, которая была запущена Министерством культуры в федеральных театрах в 2016 году, предполагает, что больше финансирования будут получать те театры, которые привлекли больше всего зрителей.

Многие театральные эксперты с таким подходом не согласны. «Принцип «чем более вы доходны, тем больше вы денег получите» – это, с одной стороны, разумно, потому что это призыв театров к эффективности. Но с другой – от этого страдают театры, которые изначально либо рассчитаны на небольшую аудиторию, либо экспериментируют с новыми формами и подходами, которые завтра могут стать уже общеупотребительными, – считает Александр Гнездилов. – И если сегодня в это не вкладываться, то завтра нового и не будет».

КОНТЕКСТ

14.11.2017

Как поссорились Константин Аркадьевич с Владимиром Ростиславовичем

Минкультуры пригрозил «Сатирикону» увольнениями и уголовными делами

23.08.2017

Следствие культуры

Кирилл Серебренников из свидетеля превратился в подозреваемого

26.05.2017

Большой культпоход в погонах

Силовики зачастили в театры и музеи с обысками

Спасибо, что читаете нас!
Давайте станем друзьями:

Спасибо, не сейчас
Новости net.finam.ru

24СМИ

новости